7 июня в рамках 27-го Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) состоялась сессия на тему "Регулирование маркетплейсов: необходимость или новый стимул для развития?". Эксперты обсудили различные способы регулирования отношений участников рынка маркетплейсов.
В настоящее время развитие электронной торговли благоприятно сказывается на формировании единого экономического пространства, повышении благосостояния граждан и развитии логистической инфраструктуры. При этом отношения участников рынка складываются непросто. В марте 2024 года сенатор Андрей Кутепов и депутат “Единой России” председатель комитета Государственной Думы Федерального Собрания РФ по промышленности и торговле Владимир Гутенев внесли в Госдуму Законопроект о государственном регулировании маркетплейсов.
“Пришло время внести необходимые коррективы, причем они достаточно мягкие, если сравнивать их с аналогичными законами в других странах”, –
отметил Гутенев.
В прошлом году львиную долю дохода маркетплейсы в России получили от штрафов, взысканных с предпринимателей, торгующих и предоставляющих услуги по доставке и хранению товаров на этих платформах. Эта бизнес-модель маркетплейсов напоминает бизнес-модель государства, получающего доход в основном с фискальных сборов, прокомментировал директор Центра конкурентного права и политики БРИКС Алексей Иванов.
Ключевая опасность монополизации рыночной экономики видится именно в том, что власть рыночная начинает слишком напоминать просто власть, лишающую рыночных агентов свободы выбора и автономии, считает Иванов. Главный вопрос антимонопольного права сегодня заключается в том, как сохранить рыночные принципы в отношениях цифровых гигантов с предпринимателями и потребителями. Бурный рост цифровых маркетплейсов ставит этот вопрос особенно остро.
“Наверное, история с маркетплейсами — это хороший кейс, чтобы протестировать эффективность антимонопольного права — сможет ли оно справиться со своей задачей или уступит место каким-то иным регуляторным механизмам, как это было в других высокомонополизированных отраслях, от ж/д до телекома”,
— сказал директор Центра БРИКС.
Сегмент электронной коммерции не отрицает саму идею регулирования, однако законодателям необходимо разобраться в сути деятельности маркетплейсов, подчеркнул Сергей Беляков, управляющий директор Ozon. Требования к маркетплейсам должны носить разумный характер и не содержать противоречий.
“Скорость и качество реакции со стороны игрока обеспечивают не просто устранение выявленных нарушений, а существенное снижение рисков их возникновения в будущем, потому что мы меняем поведение для того, чтобы еще раз не нарваться сначала на предписание, а потом, например, на оборотный штраф. Это мировая практика, когда полномочия регулятора очень существенные, а он разумно ими пользуется для того, чтобы не сдерживать развитие, если оно не несет рисков”.
Владислав Федулов, управляющий директор “Авито”, в свою очередь, отметил, что регуляторам необходимо различать типы цифровых платформ — например, “Авито” относится к классифайдам, а не к маркетплейсам. После ухода иностранных платформ их место заняли российские, что отвечает задачам, которые перед бизнесом поставило государство.
“Государство нам помогает – в налоговом маневре, еще в каких-то законодательных инициативах. Вы просто налету нас нас не убивайте, не сломайте в нашей попытке развиться”,
— попросил Федулов.
Маркетплейсы способствуют и развитию субъектов малого предпринимательства. Сегодня в России с маркетплейсами работает порядка 405 тысяч малых и средних предприятий (МСП), при этом в 2020 году их насчитывалось всего 43 тысячи, сообщил Александр Исаевич, генеральный директор, председатель правления АО “Корпорация МСП". При этом отмечаются сложности в коммуникации малого бизнеса с маркетплейсами.
“В прошлом году к нам обратилось порядка 350 предпринимателей. В основном всех беспокоят штрафы, оферта, которая постоянно меняется, оборотные штрафы и условия, которые могут быть изменены и применены ретроспективно. Настало время стандартизации ряда аспектов, которые беспокоят предпринимателей”.
Офлайн-ритейлеры также поначалу противились принятию законов о регулировании их деятельности. Теперь же торговые сети сами берут на себя обязательства по ограничению максимального уровня наценок на социально значимые продукты и всячески сотрудничают с ФАС, отметил статс-секретарь — замминистра промышленности и торговли Виктор Евтухов.
“Разве это проблема, если мы разделим маркетплейсы на значимые по достижении определенных оборотов и остальные? Размещение всех условий типового договора в общем доступе — это проблема? Разве плохо, если контрагенты будут понимать, на каких условиях будут работать. Пересмотр договора в рамках определенного срока, не раз в год, а раз в три месяца — это проблема?”
— поинтересовался Евтухов у участников дискуссии.
С замглавы Минпромторга согласился Максим Ермолович, член Коллегии (Министр) по конкуренции и антимонопольному регулированию Евразийской экономической комиссии (ЕЭК). Специфика самих маркетплейсов как технологических компаний говорит о том, что и регулирование должно быть специфическим, убежден он. ЕЭК занимается изучением работы маркетплейсов, но так как большинство из этих компаний из третьих стран, у Комиссии нет полномочий по регулированию их деятельности. Тем не менее ЕЭК готова предоставить площадку для того, чтобы координировать работу всех национальных антимонопольных органов по проведению расследований, подчеркнул спикер.
Изменения в регулирование маркетплейсов вводит и Беларусь. Как сообщил министр антимонопольного регулирования и торговли Республики Беларусь Алексей Богданов, в стране был принят новый закон о торговле. Документ вводит новые понятия, касающиеся электронной коммерции, и обязывает маркетплейсы отвечать на запросы пользователей и информировать их о своей деятельности.
Не только страны БРИКС, но и Европа и США тоже задаются вопросом, как именно регулировать цифровые рынки. Зачастую цифровые рынки развиваются по принципу “победитель получает всё”, когда одна компания привлекает всё большее число пользователей и может превратиться в монополиста в результате добросовестной конкурентной борьбы. Именно на такие процессы и стоит обращать внимание регуляторам, считает Алешандре Кордейро, президент Административного совета по экономической безопасности Бразилии (CADE).
“Бразильский закон о конкуренции дает право регулятору принимать обеспечительные меры. В начале рассмотрения жалобы мы накладываем запрет на антиконкурентную практику, принимаем обеспечительные меры и сразу же прекращаем противоправное поведение. А условия заключения мирового соглашения с компаниями всегда индивидуальные и очень специфические”,
— поделился он.
О подходе Китая к регулированию маркетплейсов рассказал Пиндзие Ху, заместитель директора департамента антимонопольного законодательства Государственного управления по регулированию рынка КНР (SAMR). Платформы электронной коммерции являются важной частью цифровой экономики Китая, объем которой составляет 56 трлн юаней (ок. $7,8 трлн). Поэтому важнейшая задача государства — не ограничивать развитие инноваций в этой сфере. При этом об ослаблении регулирования цифровой среды речи не идет — наоборот, создается устойчивая основа для “нормализации” регулирования цифровой экономики, чтобы оно воспринималось как норма, а не как исключительная мера.
“Кроме того, нам необходимо выйти на следующий уровень эффективности регулирования — усилить сотрудничество в области госконтроля за цифровыми платформами”,
— отметил представитель SAMR.
О механизмах регулирования маркетплейсов, которые использует ФАС России, рассказал руководитель ФАС Максим Шаскольский. Среди них разработанные в 2022 году Принципы добросовестного поведения участников цифровых рынков, которые подписали крупнейшие цифровые компании России, включая крупнейшие маркетплейсы. Кроме того, в 2023 году вступил в силу Пятый антимонопольный пакет, который позволил службе принимать меры реагирования на действия маркетплейсов.
Однако всё еще отмечается большое количество жалоб на действия маркетплейсов. По мнению ведомства, это связано с отсутствием специального регулирования. Поэтому служба считает целесообразным на нормативном уровне установить права и обязанности участников электронной торговли.
“Всего несколько стран в мире, включая Россию, имеют собственные социальные сети, поисковые системы, маркетплейсы. Это уникальное преимущество наших потребителей и предпринимателей. Поэтому делать эту работу [по регулированию] нужно взвешенно и внимательно, защищая законные права и интересы потребителей, участников рынка и самих маркетплейсов”,
— подчеркнул глава ФАС.
27-й Петербургский международный экономический форум проходил с 5 по 8 июня под лозунгом “Основа многополярного мира - формирование новых точек роста”. Форум собрал на своей площадке лидеров крупнейших российских и иностранных компаний, представителей государственных структур, политического и научного сообщества.
Особое внимание на форуме было уделено новым возможностям торгово-экономического сотрудничества стран БРИКС в связи с планируемым расширением состава объединения. Как отметили эксперты, сегодня на долю участников БРИКС уже приходится более трети объема мировой экономики. На форуме обсуждались пути выстраивания независимой системы международных финансовых операций, перспективные транспортные коридоры, сотрудничество в области цифровой экономики и многое другое.
